Кристина Краснянская о выставке «Яков Чернихов. Образ будущего. Архитектурные фантазии русского авангарда»

— Сколько уже было реализовано выставочных проектов о творчестве Якова Чернихова и чем этот проект будет отличаться от предыдущих?
— Проектов было много — последняя большая выставка была реализована в стенах Музея архитектуры им. А. В. Щусева в 2018 году. Наш проект отличается от предыдущих по нескольким факторам: во-первых, по площади выставка в Еврейском музее более значительная и масштабная, так как мы задействуем наше основное выставочное пространство; во-вторых, мы показываем больше всего предметов, чем когда-либо демонстрировалось на выставках, посвященных творчеству выдающегося архитектора; в-третьих, мы показываем все стороны его работы и преподавания, а также его педагогическую деятельность, проекты, архитектурные фантазии и его потрясающую архитектурную графику.

— Сейчас все больше возрастает интерес к авангарду — так было всегда или современные реалии каким-то образом побуждают обращаться к той эпохе?
— Авангардное искусство очень разнообразно, но главное, что его отличает, это жажда переосмысления канонических подходов и явлений в разных медиумах творчества. Это само по себе вызывает большой эмоциональный отклик, и даже если зрителю ближе другое искусство, остаться равнодушным к экспериментальным и смелым идеям невозможно. Для российского зрителя переоткрытие авангарда XX-го века началось сравнительно недавно, поэтому, конечно, интерес к нему особенно острый, многое еще не исследовано. Большую роль играет и то, как современные дизайнеры, модельеры и художники переносят наработки прошлого столетия в свое творчество. Думаю, что наследие русского авангарда в принципе неисчерпаемо и продолжит вызывать интерес как у зрителей, так и у творцов.

— Очень ценно, что сокуратором выставки выступил внук Якова Чернихова. Хотелось бы узнать о нюансах, которые он привнес в данную выставку.
— Андрей Александрович Чернихов, прежде всего, привнес в выставку мемориальный контекст, потому что он знает о деде, конечно же, больше и лучше всех. Поэтому для нас было важно по поводу некоторых нюансов обращаться всегда к нему. Важна и его экспертиза, как практикующего архитектора, а также человека широкого кругозора и большой насмотренности.

— На выставке предусмотрена интерактивная составляющая — расскажите, в чем она будет заключаться?
— Мы попытались создать в экспозиции полностью фантазийное пространство, где с первого зала каждый посетитель погружается в удивительный мир художественного видения Чернихова, словно бы существующий вне законов гравитации. Благодаря архитекторам Кириллу Ассу и Надежде Корбут нам это удалось. Я бы не сказала, что проект получился интерактивным, но, скорее, иммерсивным: на выставке есть макеты и визуализации графических работ архитектора. Каждый раздел побуждает зрителя менять ракурс восприятия, рассматривать один и тот объект с разных углов зрения.

— В одной из своих ранних серий «Аристография» (1918-1920 гг.) Яков Чернихов создавал зарисовки микроорганизмов, базируясь на системе тональной абстракции. В чем заключается ценность этого цикла с искусствоведческой точки зрения?
— В этом цикле полуабстрактных композиций Чернихов использует цвет как формообразующее начало, усложняет композиционное построение рисунка. Он работает с ритмической организацией пятен, используя тот визуальный опыт, который получил в наблюдении за микроорганизмами. В противовес супрематизму, работавшему с базовым кругом геометрических фигур, Чернихов освобождает свои геометрические композиции от любых условностей формы, переоткрывая доступные абстракции сюжеты.

— Вечный вопрос о политичности искусства возникает сам собой в контексте творчества Чернихова — его серия «Архитектурные сказки» связана с актуальной повесткой того времени. Должно ли искусство быть политичным?
— Чернихов, на мой взгляд, был не вполне политичен, хотя у него есть отклик на эпоху, конечно же. Он был художником абсолютно погруженным в свою профессиональную деятельность, и для него это было центром его жизни.

— Воплотились ли фантазии Якова Чернихова или остались только на бумаге?
— Частично воплотились при жизни — этому аспекту посвящен отдельный раздел нашей выставки. Он рассказывает о том, что идеи Чернихова и его удивительные фантазии воплотились не только в архитектуре, но и видеоиграх, а также работах современных западноевропейских и азиатских архитекторов.

— Чернихов изобрел уникальную методику преподавания, благодаря которой развивал у своих учеников свободу мышления. Сохранилась ли эта методика до сегодняшних дней и можете ли Вы назвать художников, которые применили разработки Чернихова в своей деятельности?
— До сегодняшнего дня в полной мере его методика не сохранилась — многие ученики Чернихова используют его принципы в своей преподавательской деятельности, но о конкретном применении разработанной Черниховым методики сейчас трудно говорить. Я знаю, что его внук Андрей Александрович многое в своей работе строит на принципах деда, и можно сказать, что это такое продолжение традиции.

— Чернихов разрабатывал шрифты, которые используются до сих пор — что это за шрифт и где он применяется?
— Это большое количество шрифтов, но ценно не их разнообразие, а разработанная Черниховым методика для построения новых шрифтов — это абсолютно новый архитектурный принцип строения знака и символа. И вот это по-настоящему интересно. Мы даже сняли об этом специальный фильм, который можно увидеть на выставке.

— Одной из самых загадочных его серий стал цикл «Дворцы коммунизма и пантеоны Великой Отечественной войны» — расскажите, чем он уникален и почему считается отчасти мистическим?
— Здесь, конечно, нет мистики как таковой, это просто свойство изображений, которые работают с постройками невероятного масштаба и имеют сходство с творчеством Пиранези. Чернихов даже выходит за привычный формат листа, работая на больших поверхностях — метровых листах. Это очень мощные архитектурные фантазии, которые являются абсолютным портретом эпохи, потому что они невероятно гипертрофированы в плане своих размеров относительно человека. Они действительно наполнены каким-то постоянным сумрачным состоянием, и ощущением чего-то предапокалиптического.

— Как Вы думаете, как бы Чернихов отнесся к современной архитектуре, которая процветает сегодня в Москве?
— Ответить на этот вопрос нелегко, поскольку современная архитектура очень разная и в ней, вероятно, каждый может найти для себя и что-то привлекательное, и что-то возмутительное. Чернихов сам стал вдохновителем многих современных архитекторов и, скорее всего, был бы рад увидеть, как его наработки и идеи продолжились в наше время.