АСЯ ЗАСЛАВСКАЯ
АРТ-ПЕРСОНА
МЕСЯЦА
Художница исследует отношения времени и памяти, создавая мосты между прошлым и будущим. Опираясь на опыт архитектуры и реставрации, она работает мультидисциплинарно, выбирая идеальный медиум для каждого объекта. Её инсталляции превращают зрителя из наблюдателя в непосредственного участника, где личный опыт становится частью произведения.
Ася Заславская с мамой
Интервью с маленькой Асей Заславской
Для образовательного проекта FIRST ART STEPS
Беседовала Анастасия Перова
  • Кем ты хотела стать в детстве?
  • Отдыхающей.

  • Может, помнишь момент из детства, который повлиял на интерес к искусству или стал первым сильным эстетическим впечатлением?
  • Мне кажется, таких впечатлений было много. Потому что родители все время водили нас на выставки, на разные занятия, в студию истории искусства «Академия», в музыкальную школу, в художественную школу. Искусство все время было формой существования.

  • Когда ты впервые осознанно сказала себе: «Я буду художником»? И что этому предшествовало?
  • Мы с семьей были во Владикавказе, мне было 16 лет, мы были зрителями фестиваля современного искусства «Аланика». Было очень весело. Много разных художников со всего мира, работающих с разными медиумами и темами. И я помню, как тогда подумала, что очень хочу быть художником.

  • Ты с 11 лет ходила в студию ДЭЗ №5 Михаила Лабазова. Чему главному там научилась? Что из того опыта пронесла через годы?
  • Возможно все. Любые идеи можно воплотить в жизнь. Все начинается с наброска, эскиза и макета.
  • Был в детстве или юности творческий эксперимент, который сейчас, оглядываясь назад, ты назвала бы отправной точкой для взрослых исследований?
  • Мне кажется, каждый мой проект — это эксперимент, выходящий за пределы лаборатории.

  • Ты училась в реставрационном училище, затем в архитектурной школе. Как думаешь, какое из этих образований сильнее повлияло на твой почерк — умение «читать» время на предметах или умение мыслить пространством и конструкцией?
  • Свобода выражения — она в пространственном мышлении, полученном в МАРШе, в теоретических и практических навыках из училища. Не было того, что повлияло больше. На мой язык влияет все. А главное — влияют люди, которые рядом. Они отражаются в моих проектах. Иногда не сразу, но каждая история, каждый забавный, смешной, грустный, счастливый момент проявляется со временем в том, что я делаю.

  • Какие книги, фильмы или визуальные образы из детства и юности назвала бы точками опоры?
  • Я безумно романтичная, поэтому все ужасно банально.

  • В твоей семье искусство было постоянным фоном или скорее предметом для дискуссий? Как это формировало твой взгляд?
  • Искусство всегда было формой существования.

  • Ты упоминала, что в прошлом году научилась играть в шахматы, и это вылилось в проект. А был навык или увлечение в детстве, которые так же неожиданно стали основой для работы?
  • У меня нет «безосновательных» работ. Абсолютно все связано с каким-то опытом, историями, навыками, слухами, историями и противоречиями. Я учусь тому, что делаю.
1artchannel:
Если бы была возможность передать послание себе-подростку, который только начинает путь в искусстве, что бы сказала?
АСЯ ЗАСЛАВСКАЯ:
  • Я бы попросила себя закончить музыкальную школу.
Ася Заславская на фестивале «Art Кавказ Next», Владикавказ (2016). Фото: Вета Цукахина
Интервью со взрослой Асей Заславской
Беседовала Анастасия Перова
  • Ты часто говоришь о «незримом присутствии» человека. Этот лейтмотив родился из наблюдений за жизнью или из опыта реставратора, привыкшего видеть историю через следы времени?
  • Сложно сказать. Изнутри сложнее находить истоки чего-либо. В каждой работе я стараюсь выделить смысл и отказаться от всего, что, исчезнув, не нарушит целостность. Поэтому мое присутствие становится настолько незримым, насколько это возможно.

  • У тебя два «базовых» образования — реставратора и архитектора. Оба учат диалогу с контекстом. Не было желания остаться в этих полях? И почему именно искусство дало свободу высказываться?
  • Образование дает мне свободу высказывания. Искусство присутствовало в моей жизни до получения специальностей, но именно знания дают понимание того, что ты на самом деле хочешь и можешь.

  • Сейчас, оглядываясь на проекты, чувствуешь, что они объединены какой-то сверхзадачей? Или для тебя важнее процесс — «путь самурая»?
  • Мне важно говорить, находить слова, взаимосвязи и изменения, которые происходят в нашей жизни. О задачах хочется говорить, когда они выполнены.

  • Ты говорила, что творческая карьера началась на Кавказе. Если попробовать отделить мифологию от реальности: что конкретного дала тебе эта земля — тему, язык, уверенность, сообщество?
  • Сейчас очень актуальна дискуссия о том, кто имеет право голоса. Теория, которую активно обсуждают многие художники и кураторы, заключается в том, что если ты чужд определенной культуре, ты не можешь свободно работать с темами, с нею связанными. На Кавказе, на фестивале «Аланика», я научилась тому, что право голоса имеет абсолютно каждый человек. Точку зрения может иметь путник, прохожий, местный житель, чужак. Важно найти точку соприкосновения, обрести в этом свой голос. Думаю, именно это я и обрела на Кавказе.
  • За девять лет и пять приездов в Осетию — как изменился твой взгляд на неё? Ты все ещё «исследователь» или уже чувствуешь себя «своей»?
  • Я каждый раз чувствую себя исследователем. Каждый раз город меняется, появляются новые места, что-то старое закрывается, на его месте возникает новое. Мне приятно в какие-то моменты чувствовать себя «своей». Знать, куда хочу сходить, скучать по каким-то местам и радоваться возможности приехать снова.
  • Почему для магистратуры выбрала именно Цюрих и Швейцарию? Это был сознательный выбор страны/школы или стечение обстоятельств?
  • Мне очень сильно понравилась учебная программа.
  • Жизнь в Цюрихе и учеба там — это про «обогащение» новым опытом или про «обострение» своего, русского, того же кавказского? Что происходит в мастерской, когда ты далеко от дома?
  • Это про поиск и развитие общих тем и языка.
  • Ты сейчас регулярно ездишь между Цюрихом и Москвой. Удается сохранять «место силы»? Или это скорее про разрыв — и необходимость заново собирать себя в каждом контексте?
  • Постоянное перемещение дает чувство «слитности» и «единности» всего, несмотря на противоречия.
  • Твой недавний проект «План П» в Доме Наркомфина был посвящен фигуре привратника, мифологическому «хранителю границ». Не ощущаешь ли ты себя сейчас отчасти таким привратником — между разными мирами, языками и художественными реальностями?
  • В своих работах я абсолютно абстрагируюсь от выбора какой-либо роли.
  • Проект «Путь времени» открылся в феврале 2026. В неи ты исследуешь, как человек может влиять на ход событий усилием воли. Это наблюдение за миром — или инструкция к действию для самого художника сегодня?
  • Любая инструкция — это хорошо сформулированное наблюдение.
  • Над каким проектом работаешь сейчас? Планируются ли уже какие-то выставки?
  • Я всегда работаю параллельно над несколькими проектами. Это дает мне воздух и позволяет через призму одного смотреть на другое, и наоборот. Скоро в Цюрихе откроются две выставки с моим участием, потом дипломная выставка, после — несколько больших проектов в России. Планов много, надеюсь, реализуются.
«Путь времени», pop/off/art (2026)
Фото: Евгения Сенина
1artchannel:
Что ты посоветуешь начинающим художникам?
ася заславская:
  • Не переживать сильно из-за портфолио. Оно просто должно быть. Жизнь очень быстро меняется — портфолио тоже. Поэтому важно делать хорошие работы и оперативно их туда добавлять, но не тратить месяцы на то, чтобы достичь идеала в том, как фото будет смотреться в нем.
«План П», Дом Наркомфина (2025)
Фото: Дарья Ревина