«Если работа удалась, по спине бегут мурашки»: три взгляда на сад, порядок и дикую природу

Мы попросили трёх ключевых участников проекта — художников Олега Маслова и Вильгения Мельникова, а также куратора Сергея Дорохова — поговорить о том, что значит быть смотрителем сада сегодня, как распознать момент, когда работа «случилась», и почему даже регулярный парк требует от нас умения прощать.

Олег Маслов: Я вообще не думал об актуальности, когда делал эту серию. Для меня эта тема связана с личным переживанием трансформации Летнего сада, когда оригинальные скульптуры заменили на пластиково-мраморные копии, а изменение регулярной структуры исказило саму концепцию места. Это вызвало у меня отторжение, и долгое время я не мог снова войти в сад и заново его полюбить. Но однажды, проходя мимо, увидев красоту и счастливых людей, я всё-таки решился войти — и тогда простил и Летний сад, и самого себя. Актуальность здесь вообще ни при чём.

Вильгений Мельников: Сама тема сада любопытна, потому что наблюдать такое явление, как прирученная дикая природа, мы можем далеко не везде. Именно сад показывает симбиоз человеческого вмешательства, порядка, красоты, дисциплины и вычищенности. В нём сохраняется постоянная природная дикость, которая, несмотря ни на что, прорастает сквозь плитку, сквозь бордюры, ограждающие одну зону от другой. Здорово, что в городе есть такая структура, где человеку ещё доступны проявления живой природы и простые законы, которые существовали всегда. Поэтому это тема, с которой нельзя не работать.

Сергей Дорохов: Сад — это место внутренней паузы для аналитики прошедших временных потоков. Место силы и перезапуска дорожной карты мироощущения. Своего рода островок единения с природой в постоянном ритме городских потоков.

Олег Маслов: В моменте мне кажется, что своевременность имеет для меня особое значение. Хочется говорить о том, о чём интересно думать именно сейчас, что хочется знать людям. Хотя прежде всего я всё равно ориентируюсь на себя, и от этого уже всё идёт.

Вильгений Мельников: Важнее всего не идея и не её проявление, а то состояние, которого удалось достичь проделанной работой. Если у нас получилось сделать всё сбалансированно, если удалось сыграть в унисон, это будет чувствоваться даже без чтения экспликации, которую может написать художник или куратор. В этом, мне кажется, и заключается суть.

Сергей Дорохов: Важен баланс комплекса чувств, это как прослушивание музыки. Есть вступление, развитие, припев. Высокие и низкие аккорды — так же ты чувствуешь эти перепады, переходя из зала в зал. Гармония комплекса чувств в моменте.

Олег Маслов: Удачный синтез? Это когда все добрые, хорошие, интеллигентные люди и не мешают друг другу. Хотя синергия всех участников процесса, конечно, очень важна. «Живи сам и не мешай жить другим» — вот важный тезис. Позволить другим рядом с собой развиваться так, как они хотят, как им нужно.

Вильгений Мельников: Про удачное содружество можно сказать так: здорово, когда после проделанной совместной работы можно не просто поставить точку, а захотеть снова увидеться. Потому что бывает и наоборот: люди выгорают друг от друга, и в совокупности обстоятельств уже ничего не хочется — главное просто сдать проект. Но я считаю, что это не самое важное. Главное — хорошо сделать работу. И если это получается и возникает та сонастройка, когда сам процесс создания оказывается настолько интересен всем участникам, что потом хочется сделать что-то снова, — это и есть хорошее стечение обстоятельств.

Сергей Дорохов: Важен отклик зрителя, а это всегда видно по глазам людей в пространстве выставки.

Олег Маслов: Балансировать приходится всегда. Но насколько — сложно сказать. Конечно, когда я начинаю проект, я искренне думаю, что делаю его исключительно ради себя, для себя и по своему желанию. Но на самом деле это только кажимость — внешние условия всё равно влияют. Я на них реагирую, но, видимо, втайне от самого себя. Вскрыть это я не могу и всё-таки считаю свои работы личными проектами.

Вильгений Мельников: Тему баланса я в своё время освоил. И сейчас, мне кажется, пришло время его нарушать. В этом и заключается деятельность художника: не нужно всё время ходить по острию ножа, который точишь не ты. Мне кажется, только так можно найти что-то действительно достойное внимания, а не делать просто коммерческие проекты, которые нравятся всем. Если это нравится всем, это можно продать, но интересным искусством это не будет.

Сергей Дорохов: Необходимо сохранить остроту контекста кураторского высказывания, тогда площадка, рынок и аудитория будут довольны.

Олег Маслов: Когда закрашен последний кусочек пустой плоскости холста. Хотя иногда бывает, что нужно внести ещё несколько окончательных мазков. Но чаще это и не надо: просто закрасил — и всё готово. Когда я подхожу к холсту, у меня уже есть видение произведения. Эскизов я практически не делаю. Как у Микеланджело: надо отсечь всё лишнее, а тут — добавить только нужное. В основном такой метод.

Вильгений Мельников: За свою художественную практику я выработал критерий, который очень хорошо работает. Чтобы завершить работу, важно найти какой-то внутренний отклик. Но этот отклик должен быть вполне физическим. И если пропускать ощущение работы через тело, можно наблюдать реакцию этого тела. Например, Кочергин писал, что свои работы он воспринимает кожей спины. В принципе, так это и можно охарактеризовать: если работа удалась, по спине начинают бежать мурашки. Потому что просто от какой-то железки или камня мурашки не бегут, но если в этом есть что-то, что задевает внутренние струны, возникает эта реакция. Поэтому — только мурашки.

Сергей Дорохов: Когда ты понимаешь, что твоя идея имеет масштаб возможности для всех причастных к созданию проекта, найдя высокие смыслы, трогающие твою душу и душу твоих коллег. Ведь тема проекта может быть не всегда о хорошем и прекрасном, может быть о страшном или трагичном. Если проект вызывает в тебе поле для дискуссии, гамму противоречий и интересов, тогда, думаю, получилось.

Олег Маслов: Каким угодно — мне все типажи нравятся. В идеале это я, но я могу быть и девушкой, и дедушкой, и симпатичным, и не очень. Зритель не обязан быть подготовленным к встрече с искусством. Он просто должен быть тронут до глубины души красотой, а не произведением как таковым. Вот что мне от него хочется: чтобы он обалдевал от счастья так же, как и я. Только это меня и вдохновляет: его полное соучастие и восхищение перед созданием произведения.

Вильгений Мельников: Зритель — это тот, для кого и создаётся выставка. И идеальный зритель — тот, кто ничего не ждёт и не знает, какой «подарок» получит на это Рождество.

Сергей Дорохов: Нет идеального или неидеального зрителя. Есть прежде всего человек с его внутренним мироустройством, и моя задача — создать для него почву для диалога с выставкой и даже с самим собой.

Олег Маслов: О том, что с нами происходит в данный момент, потому что вокруг нас творится история человечества. Мне хочется быть её частью и рассказать о том, что с нами происходит сегодня и сейчас. Наше мышление погружено не только в нас самих, но и существует в глобальном мире. Невозможно отрезать себя от этого процесса. Может быть, кто-то и может уйти в свой внутренний мир, отказавшись от внешнего влияния, но я не такой человек. Хочется быть актуальным прежде всего в данный момент. Потому что художник, как зеркало, отражает действительность. Ну и немножко её предвосхищает. Особенно талантливые люди умеют предвосхищать. А кто попроще — отражают.

Вильгений Мельников: Сейчас очень интересно размышлять и работать над темой того, что происходит «после времени».

Сергей Дорохов: Интересно наблюдать за лиминальностью потоков нашего общества. В разном возрасте — разное ощущение времени, разная система приоритетов, ценностей и привычек. Человек либо выходит за черту сингулярности, либо никогда до неё не доходит. Это постоянно живой организм трансформации, как живое дерево, которое растёт и приобретает свою структуру исходя из внешних условий: тяги к солнцу, движению ветров, влажности и сухости климата. Как итог, в большинстве случаев мы сами для себя создаём этот свой микроклимат, от которого плачем и смеёмся. Мне как художнику и куратору это интересно анализировать.